Республика Беларусь 224028 г. Брест,ул. Ленинградская, 19.
+375 162 57 41 33, +375 29 833 01 12

Здоровый образ жизни

  • 17 ПРАВИЛ «ОСОБОГО» РОДИТЕЛЯ ОТ ЕКАТЕРИНЫ МЕНЬ МАТЕРИ РЕБЕНКА С АУТИЗМОМ

    С самого начала (когда более или менее определен диагноз) знать, что вашим возможностям есть предел и что предела можно-таки достигнуть. Когда вы четко осознаете, что не всемогущи, тогда и работа «по исполнению невозможного» становится реальной.

    Использовать несчастье как счастливый шанс для самообразования в областях, в которых вы никогда не разбирались. Учеба делает любого человека успешнее, но в нашем случае изучение «непрофессиональной» проблемы пополняет силы и питает энергией.

    Работать вне дома. По возможности, иметь полноценную социальную активность и ответственность на стороне. Окружить себя здоровыми, интересными людьми. При этом никогда не скрывать болезнь ребенка. Если возникают разговоры, поддерживать их в максимально «просветительском» ключе. Дела, которые требуют догляда и вашей ответственности «на стороне», дают возможность нормального баланса и естественного переключения между ответственностями.

    Не сужать свой круг общения до контингента себе подобных. Обязательно общаться с родителями здоровых детей. По возможности, «встречать» детей. Но, главное, встречаться с родителями, про которых мы часто думаем «мне бы их проблемы». Стараться как раз проникаться мизерными «трагедиями», типа поломки машины у друга или потери кошелька подругой. Если начать мерить всех по своему гамбургскому счету, можно отказать людям в их праве на «страдания» (даже если причина их кажется с нашей колокольни ничтожной) и стать жестоким.

    Делиться знаниями, обретенными в процессе лечения и коррекции ребенка. Рассказывать все, что знаете, помогать информацией. При этом никогда не навязывать свое знание. Не делать непрошенных консультаций.

    Принимать как данность, что все кругом считают вас немного не в себе и вас побаиваются. Выработать «иммунитет» к попыткам объяснения вашей мотивированности деформацией и «непроработанным горем». Научиться терпеть снисходительное отношение специалистов к вашим попыткам самостоятельно вникнуть в суть проблемы. Изучать материалы и концепции, иметь свое собственное мнение относительно методов и способов лечения вашего ребенка.

    Иметь право не доверять специалистам. Научиться расставаться с теми, кого ребенок «перерос» или кого вы сами переросли в компетенции и понимании проблемы. Продолжать изучать. Искать специалистов, способных уважительно и заинтересованно принять ваш опыт.

    Организовать возможность периодически уезжать куда-нибудь без ребенка. Именно на несколько дней и именно прочь из города. На расстоянии, физически выключенным из круга обязательств можно четко почувствовать, что мир без нас не рухнет. Это очень полезное чувство, оно способствует смирению.

    Доподлинно знать, что когда вам хорошо в ситуации «без ребенка», то ребенку от этого тоже хорошо.

    Поддерживать свое физическое и психическое здоровье. Вряд ли вы «наденете маску» на себя вперед ребенка, но без заботы о себе вы лишите ребенка главного терапевтического фактора – себя. Максимально использовать осваиваемые методики лечения ребенка и себе на пользу.

    Заставлять ребенка смеяться. Любыми способами – щекотать, дурачиться, любой «глупостью», которая может вызвать его смех, нужно злоупотреблять. Смех, хохотушки дают мощнейший терапевтический эффект для родителя.

    Любыми доступными способами фиксировать прогресс ребенка. Пусть миллиметровый, но фиксировать. К хорошему привыкаешь быстрее, чем оно повторяется. Поэтому прогресс можно и не заметить. Между тем, каждый маленький шаг вперед дает новые силы в геометрической прогрессии.

    Красиво одевать ребенка. Делать его, насколько возможно, «модным». Давать ему одеждой некоторое как бы преимущество в среде детей.

    Никогда не ждать от людей абстрактного сострадания, адекватного вашей беде. Если проблема предъявляется оптимистично, то помощь приходит быстрее.

    Если рассчитывать на помощь, то запрос на нее должен быть максимально конкретным. Большое количество людей вокруг вас хотят помочь, но не знают «кухни». Надо четко предъявлять «план» помощи (мой брат, живущий за границей, собирает нам посылки с некоторыми особыми продуктами – ребенок на специальной диете. Он получил четкие пошаговые инструкции, не принуждающие его к лишним движениям. Это занимает у него несколько часов в месяц, но его помощь для нас неоценима).

    Знать, что вы всегда имеете право устать – как сию минуту, так и вообще. И вы имеете право отказаться от курса лечения, выбранного ранее.

    Помнить, что ребенок – не только будущее (так мы понимаем детей в норме), но и настоящее. Все, что можно получить от участия в судьбе ребенка в текущий день, нужно получить с максимальным удовольствием и преимуществом для себя.

    источник https://www.miloserdie.ru/article/17-pravil-osobogo-roditelya-ot-ekateriny-men/
  • АУТИЗМ

    Дети с аутизмом на первом году жизни демонстрируют высокую сензитивность к обычным сенсорным стимулам, что выражается в легкости возникновения дискомфорта в ответ на звуки обычной громкости, на свет, на прикосновение к коже ребенка, даже самое легкое. Дети не любят находиться на руках у матери, с трудом переносят ситуации переодевания. С другой стороны, дети проявляют явную захваченность, «зачарованность» отдельными внешними стимулами или стимулами определенной модальности. Так, ребенок стремится слышать звуки, едва научившись брать игрушку в руки, он стремится издать звуки с ее помощью, он безошибочно находит среди множества игрушек те, которые могут звучать. Ребенок также может производить однообразные движения головой, туловищем, кистями рук, чтобы многократно воспроизвести испытываемые им вестибулярные и кожно-кинестетические ощущения. Некоторые дети длительное время рассматривают яркое, сложно организованное пятно, рисунок на ковре, на обоях.

    Уже на первом году жизни у ребенка обнаруживаются трудности взаимодействия с другими людьми, прежде всего, с близкими взрослыми. Ребенок оказывается недостаточно приспособленным к рукам матери, он не занимает комфортного положения на руках, у него не возникают специфические позы готовности при взятии на руки, ощущается определенное сопротивление, напряжение тела, ребенок стремится избежать тактильного контакта. У детей не появляется комплекс оживления в составе четырех его компонентов: зрительного и слухового сосредоточения, улыбки, обращенной ко взрослому, вокализации и движений по направлению ко взрослому. Улыбка ребенка скорее обращена к самому себе, выражает его внутреннее состояние. Взгляд, если он и направлен в сторону взрослого, производит впечатление взгляда «сквозь» человека. У ребенка отсутствует интерес к другому человеку, он не стремится наблюдать за взрослым, за его действиями, у него нет желания рассматривать лицо взрослого. Ребенок не принимает обращенных к нему воздействий, можно сказать, активно их отвергает, при попытке насильственного установления контакта ребенок сопротивляется, плачет, кричит, вырывается. У него практически отсутствуют инициативные обращения ко взрослому, направленные на построение ситуации общения. Нарушается формирование привязанности по отношению к близким: у детей либо отсутствует дифференцированное отношение к своим и чужим, либо формируется отношение симбиоза с матерью, когда ребенок не может находиться без матери практически ни минуты.

    Хватание у детей появляется в нормативные сроки, ребенок вовремя овладевает манипулятивными действиями сначала одной, а затем двумя руками, обучается простым и соотносящим действиям, он может захватывать очень мелкие предметы, рассматривать их. Дети, однако, стремятся действовать с предметами самостоятельно, не принимают или даже отвергают обучающую помощь взрослых, отказываются выполнять действия вместе с ними. То есть спонтанное поведение ребенка и поведение его в создаваемых ситуациях взаимодействия существенно различаются. Это свидетельствует о серьезных трудностях произвольной организации ребенка, имеющего нарушения аффективного развития.

    Хорошо заметны нарушения в речевом развитии у детей, причем как в развитии понимания речи, так и активной речи. Так, у ребенка отмечается либо слабость реакции, либо ее полное отсутствие в ответ на обращенную к нему речь взрослого: ребенок не фиксирует взгляда на говорящем, не отзывается на обращение, поэтому возникает подозрение в глухоте ребенка. Реакция на слово, то есть узнавание людей по именам, а предметов по названиям, отсутствует на протяжении всего первого года жизни. В течение первого года жизни дети остаются на стадии гуления, фаза лепета у них в большинстве случаев отсутствует или выражена очень слабо, а в отдельных случаях ребенок сразу переходит от гуления к произнесению отдельных слов. Голосовые реакции являются значительно менее интенсивными и менее продолжительными, чем в норме. Однако интереснее всего то, что эти вокализации не обращены к другому человеку, ребенок не ведет «диалога» со взрослыми, а скорее «разговаривает» сам с собой.

    Таким образом, становится очевидным, что нарушения в развитии детей с аутизмом наблюдаются уже на первом году жизни. Почему же эти нарушения часто не замечаются родителями и специалистами? Объяснить это можно тем, что указанные нарушения не рассматриваются как нарушения, так как оценка развития ребенка производится, прежде всего, по показателям двигательного развития. Для диагностики симптомов аутизма в первые три года жизни может использоваться методика С. Гилберта.

    Вероятно, аутизм налицо, когда имеются 15 из следующих 22 симптомов.

    1.Не играет так, как другие дети. *

    2. Кажется, что он изолирован в своем окружении. *

    3. Возникает (возникало) подозрение в глухоте. *

    4. Перевозбуждается, если его пощекотать.

    5.Затруднения при подражании движениям.

    6. Пустой взгляд. *

    7. Не стремится привлечь внимание взрослого к своей деятельности. *

    8. Играет только с твердыми предметами. *

    9. Занимает себя только когда остается один. *

    10.Не смеется, когда этого ожидают.

    11. Запаздывание в речевом развитии.

    12. Не показывает на предметы.

    13. Взгляд кажется особенным. *

    14. Запоздалое развитие.

    15. Не понимает, что другие говорят ему.

    16. Есть проблемы в установлении зрительного контакта. *

    17. Интересуется только определенными частями предметов.

    18. Не может сообщать о своих желаниях.

    19. Ему все равно, есть рядом люди или нет. *

    20. Что-то не так уже на первом году жизни.

    21. Чрезвычайно заинтересован движущимися предметами.

    22. Не слушает, когда ему говорят.


    * Ключевые признаки



  • В ЧЕМ ВИНОВАТЫ РОДИТЕЛИ ОСОБЫХ ДЕТЕЙ

    Каждый раз, когда я слышу очередную безумную психологическую теорию о том, почему ребенок себя плохо ведет, я думаю о том, что вину ищут в себе не те, кому следовало бы 

    Почему наш ребенок не такой

    Помимо симптомов, синдромов, таблеток, норм развития, консультирования и прочего всего, что бывает в работе детского психиатра, я постоянно сталкиваюсь с одной важной и сложной вещью, недооценивать которую почти то же самое, как недооценивать влияние очень тяжело протекавшей беременности на развитие ребенка. Эта вещь, это явление появляется почти на каждой консультации, вылезает в письмах с клиентами, звучит в их рассказах даже тогда, когда рассказывают они совсем о другом.

    С этой вещью приходится иметь дело почти всегда, когда ребенок развивается не так, как его сверстники или старшие и младшие братья и сестры, тогда, когда ребенок ведет себя совсем неподобающе, когда он не вписывается туда, куда другие дети его возраста вписываются без труда.

    Эта вещь – это вина. Почти на каждой консультации я слышу удивительные и сложные объяснения того, почему ребенок не такой, как другие:

    «Дело в том, что я мало с ним играла, просто оставляла в комнате с игрушками и шла на кухню» (про ребенка с аутизмом).

    «Он проводит лето у бабушки, и она там его балует. Каждый раз он возвращается хуже, чем уехал и я думаю, что если бы мы его не отпускали туда, то сейчас в школе он бы как-то держался» (про ребенка с тяжелым синдромом дефицита внимания и гиперактивности).

    «Она просто избалованная донельзя, все, что она хочет, она тут же получает. Если бы мы с ней построже, то она научилась бы вести себя, не истерила бы, как сейчас» (про импульсивную девочку с повышенной чувствительностью к звукам, прикосновениям и запахам).

    «Я каждый раз вспоминаю тот день, когда мы несли ее на прививку. Она уже с утра плакала, как будто знала, что сейчас с ней произойдет, а мы ее отнесли. Я до сих пор не могу себя простить» (про девочку с регрессивной формой аутизма, резвившегося через полтора месяца после очередной прививки).

    Конечно, чувство вины бывает не только у родителей детей с проблемами развития, она вообще свойственна родительству, ведь часто кажется, что чего-то по отношению к ребенку не сделал, а может, сделал чего-то лишнее. Все родители – это люди и многие (а может, и все) срывались на детей и делали что-то, о чем потом жалели (шлепали, грубо отчитывали, принижали). Но у родителей детей с проблемами в развитии и поводов для вины больше, да и тех, кто с удовольствием напомнит им об невыполненных обязательствах гораздо больше – от учителей и психологов до тещ со свекрами и мам на детских площадках. Я не буду приводить примеров их высказываний – они не интересные, злые и правды в них немного.

    А в чем правда?

    Я начну издалека и скажу в общем банальную вещь: ХХ век – это век невероятного скачка в развитии медицины. Грубо говоря, если в начале ХХ века молодой человек заболевал туберкулезом, то он, скорее всего, через несколько лет умирал, если он это делал в 1970-х годах, то благодаря изониазиду и рифампицину, он доживал до времени, когда мог поиграть со своими внуками (конечно, это лекарства с побочными эффектами, их много, но человек жил, а не умирал истощенный, бледный, в самом расцвете сил). Если маленький ребенок рождался в начале ХХ века, то с вероятностью от 10 до 30 процентов, он умирал, не дожив до первого года жизни, сейчас почти все доживают до первого года и живут гораздо больше и дольше. Таблетки, вакцины, хорошее питание, гигиена, центральное водоснабжение и отопление изменили нашу жизнь до неузнаваемости. Вместе со всем этим изменилось наше знание о причинах болезней – мы открыли микробы и вирусы, иммунодефициты и аутоимунные заболевания. Наука, которая занимается изучением причин заболеваний и факторами, влияющими на здоровье называется – эпидемиология и это, наверное, самый интерес раздел медицины (после детской психиатрии, разумеется). Благодаря эпидемиологическим исследованиям, например, мы узнали, что курение вызывает рак легких.

    И благодаря эпидемиологическим исследованиям и различным остроумным экспериментам мы узнали, что значение вины родителей в развитии расстройств развития и нарушений поведения весьма преувеличено. Да, это еще одно достижение медицины ХХ века – знание о том, родители не виноваты в том, что их дети страдают психическими или поведенческими расстройствами. А что тогда?

    Одна из важнейших вещей, про которую так мало говорят у нас – это влияние темперамента ребенка. Темперамент – это врожденный набор определенных характеристик нервной системы. Эти характеристики определяют значительную часть поведения ребенка – от уровня активности и внимательности до уровня чувствительности к звукам и прикосновениям и реакции на новое. Темперамент – это то, что делает нас такими разными и нередко именно из каких-то выраженных темпераментных черт с ребенком становится очень сложно, сложно становится заставлять его что-то делать, договариваться или требовать соблюдения правил. Ведь кого проще усадить заниматься? Спокойного тихого мальчика, который любит читать книжки и способен откладывать удовольствие ради большей награды, ради больших целей (да-да, это тоже врожденная способность, это тоже темперамент) или очень активную, непоседливую и раздражительную девочку, которая быстро начинает скучать и отвлекаться, если не видит быстро результата своих трудов.

    Эти врожденные характеристики, эти врожденные особенности объясняют значительную часть проблем поведения детей, это характеристики, которые очень сильно увеличивают риск расстройства поведения или нарушения в адаптации к какой-то ситуации. И что, темперамент – это вина родителей? Нет. Темперамент – это как цвет волос или рост, цвет кожи или длина пальцев. Он просто такой и с таким человеку и его окружением нужно жить. У довольно большой группы детей есть то, что называется «трудный темперамент», это когда большое количество характеристик темперамента очень выражены (например, у одного ребенка очень высокая активность, импульсивность, низкая способность откладывать удовольствие и высокая чувствительность к окружающим стимулам, у другого – высокий уровень тревожности в новый ситуациях, длительный период привыкания к новому, сниженное преобладающее настроение).

    Глупо было бы отрицать влияние воспитания и окружения вообще на развитие ребенка. Да, мы точно знаем, что дети, которые растут в детских домах, развиваются хуже и медленнее, имеют больший риск развития психической патологии (например, зависимости или депрессии). И мы точно знаем, что стиль воспитания родителей связан с проблемами поведения у детей – родители детей с проблемным поведением чаще их наказывают, критикуют, меньше хвалят, чаще имеют неоправданно пессимистический взгляд на способности ребенка. И уж что-что, а отрицательное влияние жестоких наказаний на развитие ребенка – это тоже факт. Но и здесь не все просто, потому что очень часто непоследовательное и жестокое воспитание является следствием проблем поведения у ребенка, а не его причиной.

    Не все так просто – это главная мысль этого текста, и она, конечно, куда сложнее всех линейных построений, предлагаемых нам бабушками, дедушками, соседями, супругами («был бы ты с ним пожестче, он знал бы как нужно себя вести») и даже специалистами, куда сложнее всех объяснений, в которых фигурирует чья-то вина.

    Может быть, ребенок виноват? И на этот вопрос нельзя ответить утвердительно, ведь если кто и страдает из-за своих особенностей, то это он в первую очередь.

    Может быть, медицина виновата? Прививки? Похоже, что нет, потому что среди привитых тот же аутизм и другие расстройства развития встречаются не чаще, чем среди не привитых (большие эпидемиологические исследования проводились для выявления связи между прививками и проблемами в развитии). Может, акушеры? Ну, в каком-то смысле, да, потому что спасают тех, кто еще сто лет назад умирал (хотя тут, конечно, еще сложнее).

    Может быть, окружающая среда? Может загрязнение отходами производства, загрязнение воды, пищи? А вот это может быть и это очень и очень внимательно исследуется.

    Сейчас же приходится говорить, что это простой, но реальный факт жизни – в этот мир приходят дети, которые отличаются от других детей, которые ведут себя по-другому, которые не вписываются. И это ничья вина, так сейчас устроен мир.

    Я очень хорошо запомнил историю одной пары, пришедшей ко мне на прием с младшим сыном. Они рано поженились, у них уже были два взрослых ребенка, оба сына успешные студенты, отличники и спортсмены. Родители рассказывали, что со старшими детьми никогда не было никаких проблем, они были спокойные, сдержанные, уравновешенные, они могли часами играть друг с другом, развлекать друг друга, были послушные и благодарные.

    «Понимаете, — сказал отец. – Все это время мы думали, что это наша заслуга. Мы думали, что это мы воспитали их такими. Мы были готовы всем вокруг давать советы о том, как надо воспитывать детей. Мы думали, что мы хорошие родители…»

    «До тех пор, пока у нас не появился Вася, — продолжала мама, — он отличался от старших, отличался вообще от всех детей, которых мы когда-либо видели. С ним не срабатывало ничего из того, что срабатывало со старшими, он никогда не сидел на месте, все время куда-то несся, чего-то хотел и все время его что-то не устраивало. У него были проблемы везде – в школе, в детском саду, на карате. Везде. И вот теперь мы понимаем, что быть хорошим родителем – это значит воспитать вот такого, а не тех, кто сами по себе воспитываются».

    Каждый раз, когда я слышу очередную безумную психологическую теорию о том, почему ребенок себя плохо ведет («матери выгодны проблемы поведения у ребенка, ведь это удерживает семью вместе, вот он так и ведет себя», «мальчик отыгрывает роль отца, потому что мать сильная, а отец безвольный, мальчик пытается взять на себя функции отца и поэтому не слушается и грубит матери» — и еще вагон таких же странных, неэффективных и оторванных от жизни построений), каждый раз, когда я слышу рассказы об очередных колких высказываниях родителей соседских детей на площадке, я думаю о том, что вину ищут в себе не те, кому следовало бы.

    Хорошая наука говорит нам о том, что родители не виноваты, но нуждаются в помощи, плохая о том, что виноваты именно они, и помочь им вряд ли получится. Хорошая практика говорит о том, что нужно сотрудничать всем вместе и вкладываться в того, кто больше всех отстает, плохая – о том, что вкладываться надо только в тех, кто уже хорошо справляться, а если не справляется, то сам виноват. Плохая система, плохой специалист и плохой человек будут говорить «что это такое, совсем распустили» или «забирайте, нам такие не нужны». Хорошие – «чем я могу вам помочь?».

     

    источник статьи https://www.miloserdie.ru/article/v-chem-vinovaty-roditeli-osobyh-detej/

Республика Беларусь 224028 г. Брест, ул. Ленинградская, 19.

Режим работы: понедельник - пятница, 8.00-18.00

Телефоны

приемная(факс)

справка, запись на прием к специалистам

пост медсестры